А. Квакушкин
"знать и Верить"
В летнем дворце капитана вовсю гремел бал. Буйство красок, духов и тел. Буйство праздника, феромонов и страсти. Свечи больших люстр мигали и раскачивались в такт танцевальных па. Музыкальные аккорды вальсов и мазурок таранили дребезжавшие стекла окон, пытаясь выбраться наружу.

ОН сегодня был хозяином бала. ОН – наместник капитана. По-правде говоря, ОН уже давно чувствовал себя тут хозяином. Всего. Всего и всех. Вот уже долгое время ОН решал все вопросы и проблемы команды. Пусть жестоко и безжалостно, но справедливо и быстро. Тот, кто не мог ему противостоять – уступал. А тот, кто мог – погибал.

Сначала, по традиции, как хозяин вечера ОН принимал гостей.
Юная дочь Капитана, дрожа от напряжения и испуга, мраморной приветливой улыбкой встречала гостей на правах хозяйки и его невесты. Она боялась его и, в то же время, боготворила. ОН выдернул ее из под невыносимой родительской опеки. ОН заставил ее быть женщиной. ОН дал ей новую жизнь и отобрал старую. И теперь она стояла рядом, исполняя роль хозяйки, как его очередную прихоть. Сегодня и всегда.

С гордо поднятой головой он шел по залу, неторопливо кивая гостям, безмолвно и быстро расступавшихся перед ним. И вдруг уловил, чей-то взгляд-укол.
Жена капитана. Она смотрела на него как бы мельком, но внимательно и затаенно. Гамма противоречивых чувств, похожих внешне на рассыпанные вдрабадан осколки хрустального бокала на дубовом паркете, отражала разные состояния этого еще красивого лица.
ОН помнил, как она ворвалась к нему одним солнечным утром. Как фурия и мегера. Как она требовала оставить её дочь в покое. Помнил, как она уходила через два часа, виновато и нежно заглядывая ему в глаза. Помнил, как она потом много и часто и внезапно возникала где-то в стороне. Но ее виноватый и вечно просящий взгляд не трогал его.


И вот сегодня – его триумф. Его заслуженная победа. Он долго и много стремился. Стремился и достиг. Почти.
Ведь ОН – наместник капитана. Наместник. До тех пор, пока жив капитан.
Пока жив…






В маленькой пыльной комнате, на противоположном конце дворца за столом сидел старик.
Его шарпеистое, изборожденное морщинами лицо, слегка похожее на посмертную маску четырехсотвосьмидесяти двухлетнего клоуна, не выражало ничего, кроме одной сосредоточенной мысли, которую он думал.
Он размышлял о том, что нужно сделать: убить или убиться. Ведь сейчас в доме царствует ОН. Тот, кто лишил всего. Тот, кто растоптал и уничтожил его мир. Мир, выстраданный кровью и подлостью. Мир, ради которого он попрал. А теперь попран сам.
И должен ли закончиться этот нескончаемый бег. Когда поколения бешеных пони столетиями бегут и бегут по арене жизни. И меняются только клички лошадей, но не суть.
И теперь, перед ним на столе лежал заряженный однозарядный пистолет с одним патроном в котором была всего лишь одна пуля.
Перед тем, кого когда-то, много лет назад тоже звали - Наместник капитана…

@темы: смейся песня, из прошлой жизни